Результаты недавних исследований, проведённых в различных научных учреждениях, показали, что двуязычие может отсрочить развитие различных форм деменции, в том числе болезни Альцгеймера. К числу этих учреждений относятся шведский Каролинский институт, Кембриджский университет, Эдинбургский университет, Университет Торонто и Американская ассоциация содействия развитию науки.

Во всем мире около 24 миллионов человек страдают деменцией. Примерно 850 000 из них — жители Великобритании. Я рад, что не вхожу в их число, хотя на прошлой неделе мне исполнилось 87 лет. Я полагаю, что это во многом связано с тем, что я владею 12 языками и понимаю их. Если я, как и многие другие опытные лингвисты, могу вспомнить до 25 000 слов из иностранного словарного запаса, разве вероятно, что я забуду, где припарковал машину или что ел на завтрак?

Подобно известным актёрам и выдающимся музыкантам, которые совершают поразительные подвиги памяти, цитируя длинные отрывки из Шекспира или запоминая партитуры целых симфоний, лингвисты прочно связывают сотни слов с помощью многочисленных встроенных языковых связующих элементов, формируя мощную цепочку мыслей в самых разных повседневных ситуациях. Эта цепочка мыслей на любом языке может носить ярко выраженный дедуктивный характер, часто представлять собой сложную задачу и приводить к ясности. Тем более, если сложность возрастает из-за необходимости самовыражения на иностранном языке. Я заметил, что даже если моя мысль на английском языке может быть довольно расплывчатой или неопределённой по своей сути, на французском или немецком языке я вынужден стремиться к большей точности. Таким образом, погружение в иностранный язык может заставить англоговорящего человека отказаться от привычного для англичан подхода «как-нибудь проскочить», будь то в словах или в поступках.

Я понял, что некоторые языки требуют большей точности, чем другие. Французский, с его пристрастием к логике, безусловно, является одним из них. Немецкий, с его склонениями императива и падежными окончаниями, — безусловно, другой. Латинский, итальянский и финский языки навязывают свои собственные правила. Английский, особенно в его свободолюбивом американском варианте, требует меньшей умственной точности, хотя его фразовые глаголы заставляют иностранца содрогаться. Скандинавские языки относятся к категории непринуждённых, хотя японский, намеренно расплывчатый в своём стремлении избежать потери лица, является самым неопределённым и туманным из всех.

Изучение иностранного языка, безусловно, является полезной тренировкой для мозга, заставляя учащихся постоянно поддерживать свою речевую форму. И это лишь часть дела. Сегодня общеизвестно, что язык невозможно отделить от культуры, в которой он зародился. Изучая французский, вы знакомитесь с «La Belle France»; изучение итальянского знакомит вас с «La Dolce Vita».

Когда я говорю по-французски, я становлюсь чем-то вроде француза. Разговор на итальянском усиливает мою страсть к жизни. Когда я с трудом общаюсь по-японски, я в пять раз вежливее, чем когда говорю по-английски. Таким образом, когда вы говорите на другом языке, происходит определенная степень аккультурации, расширяются ваши горизонты, обогащается ваша личность — и это, несомненно, служит мощной защитой от любого ухудшения умственных способностей.

Исследования в области деменции, похоже, указывают на то, что если двуязычие помогает предотвратить это заболевание, то оно может помочь даже в том случае, если вы начинаете изучать второй язык в зрелом возрасте. Конечно, освоить новый язык в пятьдесят или шестьдесят лет не так-то просто (я пробовал), но тот факт, что это требует больше усилий, вполне может означать, что дополнительные усилия стимулируют вас ещё сильнее. Если вы решите освоить другой язык в зрелом возрасте, советую вам взяться за дело со всей отвагой! Так же как энергичный бег полезнее для сердца, чем неспешная пробежка, так и изучение языка по методу полного погружения может открыть захватывающие возможности и принести огромное удовлетворение! В идеале вы влюбитесь в новый язык, в новую страну, а может быть, даже в своего преподавателя! После этого на деменцию просто не останется времени.

Ричард Д. Льюис

15 октября 2017 года